С принятием в апреле этого года федерального Закона «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» наконец-то устанавливается, кому и как вести охоту. С момента его принятия прошло уже полгода, однако слабые в знании юридических прав охотники не знают его сути. О том, как же им вести охоту, нам удалось поговорить с президентом Союза охотпользователей РС(Я) Павлом Уваровым.
— Павел Егорович, скажите, в чем суть нового закона и каким было положение дел до его принятия?
— Дело в том, что в 90-е годы охота была нерегламентированной, по сути дела дикой. Отсутствовала нормативно-правовая база, действовал несовершенный федеральный закон «О животном мире», участки охотугодий распределялись как попало, даже надзорные органы — рыбоохрана и охотнадзор были распущены. Вместо них было создано Министерство охраны природы, которое тоже непонятно чем занималось.
С 2003 года пошло восстановление правовых механизмов и органов надзора. Ведь раньше был заявительный порядок на оформление охотугодий. Да что там, некоторые вообще никаких бумаг не оформляли. А сейчас они не понимают, почему их выгоняют с участков, где охотились их деды и отцы. Принятый новый федеральный закон «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» должен расставить все точки над «i» в плане ведения охоты.
Прежде всего согласно его положениям, чтобы стать охотником, теперь не нужно быть членом Общества охотников, иметь членский охотничий билет, как это было прописано в федеральном Законе «Об оружии», и договор, заключенный с заготовительными организациями, которым установлен государственный план закупок продукции охотничьего промысла. С первого июля 2011 года будут действовать только охотничьи билеты, выданные государством. По этой причине общества охотников упразднят свою значимость в этом вопросе.
Ожидалось, что с принятием нового закона ключевой фигурой в нем станет обычный охотник, однако документ определил такой фигурой охотпользователя. А между ними большая разница.
— В чем же она выражается?
— Одно дело — разово поохотиться как простой охотник, другое — иметь для охоты участок, то есть быть постоянным охотпользователем. В законе видна разница между промысловой охотой и охотой ради развлечения. Чтобы стать охотпользователем, сперва нужно юридически оформиться — стать индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом — ООО, КРО и т.п., чтобы оформить затем в аренду на срок от 10 до 49 лет охотничий участок. Для того чтобы получить этот участок, нужно принять участие в аукционе на право заключения охотхозяйственного соглашения. К сожалению, сейчас не утверждена схема его проведения, и скорее всего, ее еще года два придется ждать. Но, с другой стороны, есть время, чтобы зарегистрироваться как индивидуальный предприниматель и собрать деньги для участия в торгах.
Но и победа в аукционе с получением лицензии — еще не все. По взятой лицензии надо будет платить арендную ставку в размере один рубль за один гектар, как указано в постановлении Правительства Российской Федерации. Видимо, такая сумма определена потому, что все законы принимаются под реалии европейской части страны, а в плане охоты они далеки от наших.
Одно дело — охота в центральной части, где практически нет мест, где можно было бы арендовать угодья, другое — у нас. Надо все-таки учитывать, что в Якутии охотугодья занимают колоссальные территории! Есть участки площадью свыше полумиллиона гектар! Например, у муниципального унитарного оленеводческо-промыслового предприятия «Арктика» имеется участок в 655,5 тысячи гектар.
Но это еще куда ни шло, а вот есть отдельные охотники, как, например, гражданин Леонтьев, у которого участок в 93 600 гектар. Где ему взять такие деньги?
Депутат от Якутии Михаил Эверстов, понимая все это, старался добиться снижения платы для жителей Якутии до трех копеек за гектар, а для жителей Крайнего Севера отменить вообще. Однако министр природных ресурсов России Трутнев и министр финансов Кудрин настояли, чтобы рубль стал мерилом арендной платы.
– Вот сейчас все думают – взял участок и пускаю туда, кого хочу, и творю, что вздумаю! По новому закону арендатор охотничьих угодий обязан проводить комплекс мероприятий по видовому разнообразию животных, следить за участком и охранять его от браконьеров, «черных» лесорубов, незаконных копателей золота — «хищников» и других. Он обязан проводить биотехнические мероприятия, устраивать кормушки для травоядных, вывешивать аншлаги с информацией об арендуемой территории, проводить мероприятия по учету численности животных. А все это требует денежных и временных затрат, ведь, чтобы обойти участок, требуется большое количество времени, к тому же выполнять это нужно регулярно.
— А как вести охоту простым охотникам? Получать разрешения на право охоты?
— Смотря где вы как физическое лицо либо организация наметили охотиться. Если на угодьях общего пользования, то есть государственных, то разрешения на добычу объектов животного мира нужно будет получать также, как и сейчас, — в департаменте охотничьего хозяйства РС(Я) либо у его представителей в улусах. С индивидуальной оплатой за каждый вид и количество намеченных вами к отстрелу животных и госпошлиной в размере четырехсот рублей.
Если же вы собрались промышлять в охотугодьях, арендуемых юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, то разрешение на добычу объектов животного мира должны взять уже у них. Выдача разрешений осуществляется ими на основании предъявляемых вами охотничьего билета и паспорта.
Требовать госпошлину юридическое лицо или индивидуальный предприниматель с вас уже не должен, однако обязан получить оплату за предоставление путевки (договора) на право охоты, рыбной ловли, отдыха (!). Отмечу, что ее стоимость определяет уже сам арендующий охотничий участок индивидуальный предприниматель или юридическое лицо. И тут дело четырьмястами рублей может не ограничиться — таков закон, да к тому же ведь ему нужно следить за своим участком, а это требует финансовых затрат. Поэтому-то он и может установить такую цену, какую захочет.
Количество «путевок» для промысла зверя арендатор определяет в соответствии с количеством разрешений на добычу животных, которую он, в свою очередь, должен получать по результатам учета численности животных. Если арендатор участка установит, что животных мало, то получит мало разрешений на добычу животных, а по этой причине может вообще не выдать «путевки» другим охотникам. В этой связи отмечу, что государство оставит себе не меньше 20 процентов охотугодий. Эта норма напрямую прописана в законе «Об охоте». Выводы делайте сами.
Новый закон об охоте направлен на то, чтобы выявить в среде охотников настоящих охотпользователей, которые, как раньше, постоянно следили бы за арендуемым охотугодьем, занимались промысловой охотой, позволяющей им иметь доход. Сейчас у нас насчитывается 2,5 тысячи таких охотников, и этого, конечно же, мало для огромного региона.
Благодаря появлению охотпользователей в тайге должен улучшиться контроль за незаконной охотой. Каждый получающий разрешение на добычу зверя в арендуемом другим охотникам участке его деятельность будет контролировать арендатор, который, в отличие от надзорных органов, материально заинтересован в сохранении численности находящихся на его участке животных.
К тому же благодаря нашей инициативе в Госдуму внесены поправки в федеральный Закон «Об охоте», чтобы охотпользователи являлись внештатными сотрудниками департамента охотничьего хозяйства. Это предложение было выработано в связи с тем, что функции охраны природы возлагались только на Министерство охраны природы РС(Я) в лице департамента охотничьего хозяйства. А там работало всего несколько десятков человек. Территория же республики — три с лишним миллиона квадратных километров.
Спрашивается — как несколько десятков человек могли уследить за такой территорией?
По условиям договора и охотхозяйственному соглашению на охотпользователей, конечно, возлагались обязанности по охране охотугодий, но по закону, являясь просто охотниками или охотоведами, они не могли составить протокол, вскрыть как-то нарушения. Из-за этого на охотугодьях могло твориться невообразимое. Сейчас же, являясь внештатными сотрудниками департамента, они сами смогут пресекать нарушения. В этом наша заслуга. Более того, это наша работа!
– А чем вы занимаетесь конкретно сейчас?
– Кроме повседневной работы с членами нашего Союза мы активно предлагаем внести изменения в существующие нормативные правовые акты, регламентирующие охоту, с учетом специфики нашей северной республики. Так, в частности, нами предложено внести в федеральный закон «Об охоте» слово «охотпользователь», заменяющее собой трудно читаемую фразу «юридические лица и индивидуальные предприниматели, заключившие охотхозяйственные соглашения...». Наконец-то будет внесена юридическая ясность — кто такой охотпользователь и кто такой охотник.
Большая часть вырабатываемых нами изменений в «Правилах охоты в Российской Федерации» шла по правилам охоты по турпану и медвежьей охоте на берлоге. Особенно последней. Дело в том, что у нас самая дорогая лицензия – это лицензия на добычу медведя — 3000 рублей. Более того, это самая дорогая лицензия на медведя по всей стране. И это в нашем-то регионе!
Как я уже сказал, из-за проблем 90-х годов — развала охотхозяйств, уничтожения системы контроля численности зверя, в конце концов убывания населения (ведь охотиться-то стало просто некому) мы и получили то, что медведь не только снова стал полноценным хозяином тайги, а начал хозяйничать в местах обитания человека. К примеру, в Усть-Майском улусе в поселке Усть-Миль зверь загрыз женщину, разобрав крышу ее дома и проникнув внутрь, люди просто боятся отпускать утром детей в школу, на улицу и возят их через весь поселок на машинах. И правильно делают — в Нерюнгри прямо в черте города, на его окраине, медведь преследовал автобус с находящимися в нем людьми. Поэтому мы будем очень рады, если хотя бы добьемся снижения стоимости лицензии на добычу медведя.
— Я знаю, на одном и том же лесном участке могут быть и охотпользователи, и недропользователи, и лесопользователи, и сельхозпользователи. Как они могут согласовывать свои действия?
— Закон предусматривает разграничение прав всех видов пользования лесным участком, однако на деле выходит так, что тот, кто хочет заниматься добычей лесного зверя, не будет брать участок там, где идут горные работы или вырубка леса. А кто хочет выращивать капусту – не будет делать это в глубокой тайге.
— Может ли один человек совмещать все эти виды пользования лесным участком?
— Может, и такое совмещение бывает. Но, как правило, таким совмещением занимаются старательские артели по добыче золота, совмещающие свою деятельность с добычей лесных зверей.
— Что бы вы хотели в конце пожелать и порекомендовать всем тем, кто увлекается охотой или хочет ею заняться?
— Исходя из сегодняшних реалий, рекомендовали бы внимательно отслеживать текущие изменения в законодательстве, тем более что в ближайшее время к закону «Об охоте» должно быть принято около сорока подзаконных актов.
Источник: Денис Мизгирев